Экологический скандал достиг России - зоозащитники обвиняют министра в непрофессионализме и двойных стандартах.

Норвегия начала пропагандистскую кампанию в поддержку своего китобойного промысла. Эта скандинавская страна, наряду с Японией, Исландией и Данией, в промышленных масштабах убивает китообразных, не обращая внимания на международные соглашения и договоры, вот уже более 30 лет. Практически все значимые международные экологические организации и некоторые группы зоозащиты в самой Норвегии обвиняют китобоев в том, что они ведут жестокий кровавый бизнес, который как минимум 50 лет назад потерял свою экономическую оправданность - после начала глобальной нефтедобычи и освоения технологий нефтепереработки, и вредит экологии глобальных океанических экосистем.

Первый залп информационной атаки на критиков промышленного убийства китов сделал министр рыбного хозяйства Норвегии Одд Эмиль Индебригтсен. Газета Kyst og Fjord на днях опубликовала его статью «Мифы и факты о норвежском китобойном промысле и лове тюленей». Министр считает китообразных ответственными за то, что рыбы, якобы, становится все меньше.

Владимир Латка, научный директор Фонда защиты китов

Научный директор Фонда Защиты Китов Владимир Латка - о вреде китобойного промысла и почему если китов и других морских млекопитающих будет больше, будет больше и рыбы.

В своем «откровении» господин Одд Эмиль Индебригтсен произносит: «Некоторые утверждают, что это (охота на китов и тюленей) не нужно. Я не согласен с этим: мы, люди, несем управленческую ответственность за всю природу, как на суше, так и на море. Мы вмешались в экосистемы, и наша обязанность - управлять ими как можно лучше. Киты и тюлени питаются большим количеством рыбы, которая также является пищей для других видов, включая людей. Тогда имеет смысл облагать налогом популяции китов и тюленей для обеспечения баланса в морских экосистемах.».

Из этой фразы понятно следующее:
- политика министерства базируется на частном мнении министра, а не на научных данных;
- министр полагает (или прикидывается, что полагает), что его министерство может управлять морскими экосистемами, и это является его обязанностью;
- всё, что министр сообщает о китах и тюленях – это то, что они питаются рыбой, нужной другим существам, в том числе людям;
- убийство китов и тюленей он объясняет необходимостью «обеспечения баланса в морских экосистемах».

Отвечу на его высказывания.

Нас не интересует личное мнение министра. Нас интересует научная обоснованность забоя китов и тюленей, расчёт последствий этих промыслов для локальных и глобальных морских экосистем, а также для климата Земли. В последние годы мировая наука о морских млекопитающих идёт вперёд семимильными шагами, это известно всем. Учёные сегодня знают то, чего не знали и не имели возможности оценить ещё и пять лет назад, я имею в виду в первую очередь колоссальное значение морских млекопитающих в подъеме питательных веществ к поверхности океана, а также роль китов в связывании атмосферного углерода и опускании его на дно. Сегодня нам известен с десяток основных положительных эффектов, которые оказывают киты и ластоногие на морские экосистемы. Как Норвегия реагирует на это? Что конкретно делается в Норвегии для переоценки роли морских млекопитающих в свете новых экологических знаний? Лучше бы министр рассказал нам об этом, а не о своём мнении.

Заявление министра об обязанности человека «управлять экосистемами» вызывает сомнение в том, что он имеет соответствующее его должности образование и понимает, о чём говорит. Осмелюсь просветить министра: люди не умеют управлять морскими экосистемами. Единственное, что люди научились делать, это иногда удерживаться от чрезмерной добычи отдельных видов рыб, удерживаться от применения самых смертоносных орудий лова и технологий, поддерживать воспроизводство молоди отдельных видов проходных рыб (идущих на нерест в реки) и прибегать к мерам территориальной охраны для защиты природных экосистем от нашего же собственного воздействия. То есть, люди отчасти научились управлять сами собой, но никак не природными экосистемами.

Поддержанием «баланса в морских экосистемах» занимаются как раз не люди, а киты и тюлени. А разрушают этот баланс именно люди, в первую очередь рыболовецкая промышленность, находящаяся в ведении министра.

Министр активно тиражирует несколько мифов от китобойного лобби. Он говорит, что «популяции малых полосатиков, гренландских тюленей и серых тюленей жизнеспособны и устойчивы». Интересно узнать, откуда он это взял? Где многолетние данные о регулярных учётах, об изменениях в структуре популяций, о выживаемости детёнышей? Если таких данных нет, значит, утверждение министра голословно. Что касается гренландских тюленей, то в отношении этого вида заявление министра вовсе не соответствует действительности. Нам известно о массовой гибели весной 2020 года приплода гренландских тюленей беломорско – баренцевоморской популяции из-за отсутствия льдов в Белом море. Нам известно также о сокращении ян-маенской популяции гренландских тюленей за последние десять лет на несколько десятков процентов. Так что состояние этих популяции никак нельзя признать устойчивым.

Далее Одд Эмиль Индебригтсен пытается «развеять миф» о том, что охота на китов и тюленей является жестокой и варварской. Он говорит буквально следующее: «Норвегия хорошо развита с точки зрения эффективных методов рыболовства и благополучия животных. На норвежский китобойный промысел и забой тюленей распространяются строгие правила убийства, подготовки охотников, мониторинга и отчетности»…

Трудно понять, что у министра с логикой. Какое отношение имеет убийство животных к их благополучию? Какое благополучие приобретают те, кого убивают? Любое убийство – это жестокость, любое убийство – это мучительная боль, море крови, ужас и смерть. Разница между способами убийства животных заключается только в весьма условной границе – продолжительности мучений и агонии животных. Да, в Норвегии приняты строгие правила, касающиеся методов промысла, это сокращает масштабы жестокости, но вовсе не отменяет ее!

Трудно представить себе большее варварство, чем убийство самок китов на последних месяцах беременности. А ведь китобои убивают в первую очередь именно их, потому что они крупнее и их легче догнать. (По имеющимся свидетельствам беременные самки составляют более 60% добываемых норвежцами китов Минке.) И это происходит в Норвегии…

А что знает министр о количестве покалеченных, тяжело раненых или раненых на промысле тюленей? Знает ли он, что по некоторым оценкам, на каждого добытого тюленёнка (серку) приходится два – три «ушедших», то есть соскользнувших под воду и умерших потом медленной мучительной смертью животных? Знает ли министр, что цифры добытых тюленей - это только «верхушка айсберга» над телами гибнущих «попутно»? И это тоже происходит в Норвегии.

В заключении норвежский министр неожиданно признается: «Следует признать, что промысел тюленей все еще зависит от субсидий, особенно потому, что международные ограничения затрудняют получение прибыли охотниками». Это первые честные слова в интервью. Спасибо министру за признание очевидного факта. Жаль только, что он не озвучил суммы субсидий и забыл применить слово «полностью», поскольку дела обстоят именно так: норвежский промысел тюленей полностью зависит от субсидий. Когда в 2016 году правительство не выделило субсидий, ни одно норвежское судно не отправилось на промысел.

Надеюсь, мои коллеги в Норвегии сделают все, чтобы столь кровожадный и малообразованный министр был удалён из норвежского правительства. Почему нас волнует эта проблема? Ведь от позиции министерства страдает не только сама Норвегия, но и Россия: киты и тюлени, которых убивают норвежцы, живут и в российских арктических морях, это наши общие популяции, наше общее богатство. И нам не может нравиться, что кто-то разрушает морские экосистемы, убивая китов и тюленей.

В завершении я обращаюсь ко всем сторонникам китов и дельфинов: 34 года прошло с момента введения в действие Международного моратория на китобойный промысел, а отдельные страны всё ещё продолжают бить китов, игнорируя науку, вопросы гуманности и здравый смысл. Норвегия – в числе этих убийц. В ваших силах показать своё отношение к этому бизнесу.

Я призываю всех неравнодушных путешественников, защитников китов, дельфинов и тюленей отказаться от любых туристических или деловых поездок в Норвегию, кроме поездок с единственной целью - посещения норвежских программ walewatching (наблюдения за китами).

Владимир Латка,
научный директор
Фонда защиты китов